Впечатление о человеке и объяснение поступка

Впечатление о человеке и объяснение поступка

Впечатление — организованное представление о человеке, а атрибуция — объяснение причины конкретного события. Они могут поддерживать друг друга: первое впечатление направляет трактовку поступка, а трактовка становится частью впечатления. Но из сходства процессов не следует их тождество. Можно считать собеседника доброжелательным и объяснять его сегодняшний отказ нехваткой времени. Можно также не иметь общего мнения о незнакомом ведущем, но понять, что он читает утверждённый текст. Различение помогает не превращать каждую локальную причину в целостный психологический портрет.

В классических исследованиях Соломона Аша впечатление рассматривалось как организация сведений, а не простое сложение отдельных прилагательных. Значение одного описания меняется в сочетании с другим: требовательность может быть понята как помощь качеству или как нежелание учитывать собеседника. Это не разрешение произвольно приписывать человеку любой смысл. Оно показывает, что исследователь должен различать сами сведения и способ их интеграции. Исторические экспериментальные материалы не служат готовым тестом личности; в учебном анализе можно работать с собственными нейтральными описаниями действий.

Атрибуция свойства особенно уязвима, когда роль ограничивает выбор. Человек может задавать трудные вопросы потому, что заранее составляет викторину на знакомую ему тему, а его партнёр должен отвечать без подготовки. Разница успешности тогда отражает преимущество роли наряду с возможными различиями знаний. Для суждения о знании важны одинаковые задания и сопоставимая возможность подготовки. Игнорирование ограничений, при котором действие слишком прямо связывают с устойчивой диспозицией, обсуждается как ошибка соответствия. Однако сам термин не определяет величину ошибки в любой новой ситуации.

Проверка ограничения требует большего, чем добавление фразы «могли повлиять обстоятельства». Нужно выяснить, какие альтернативные действия реально были доступны и что изменилось бы при другой роли. Если ведущий обязан зачитать одну из двух инструкций по назначению, содержание чтения слабо различает его личную позицию. Если он выбирает текст свободно из понятного набора, выбор сообщает больше, хотя остаются цели самопрезентации и ожидания аудитории. Диагностичность поведения зависит от сравнения возможных причин, а не только от яркости наблюдаемого поступка.

Не следует превращать всякое объяснение чертой в ошибку. Повторяющееся поведение при разных доступных условиях может содержать сведения об устойчивой тенденции. Вопрос состоит в том, насколько выбранное наблюдение отделяет эту тенденцию от роли, задачи и случайного эпизода. Новая информация полезна, когда разные гипотезы предсказывают по ней разные результаты. Ещё одно выступление в той же строго заданной роли может почти ничего не добавить; сопоставимая ситуация со свободным выбором иногда информативнее, даже если выглядит менее впечатляюще для наблюдателя.

Популярная формула «свои поступки всегда объясняют ситуацией, чужие — характером» слишком сильна. Метааналитическая проверка Бертрама Малле показала, что простая универсальная версия асимметрии действующего лица и наблюдателя не описывает весь массив результатов. Важны виды событий, информации и объяснений. Следовательно, для конкретного случая нужно спрашивать, чем располагает каждая сторона и как поставлен вопрос. Это отличается и от утверждения, что никаких систематических ошибок нет, и от привычки автоматически объявлять предвзятым любое несовпадение двух рассказов.

В вымышленном проекте координатор оценил двух ведущих по числу ответов на вопросы. Один заранее выбирал тему встречи, другой получил незнакомый раздел непосредственно перед началом. Простое сравнение результатов смешивает знания с возможностью подготовки. Более содержательная проверка даёт каждому одинаковое время и несколько сопоставимых разделов, меняет порядок предъявления и фиксирует правила помощи. Даже такой проект не раскрывает «настоящую личность» целиком: он уточняет более узкий вопрос о выполнении определённой роли при описанных условиях.

Практика точного социального суждения включает три записи: что наблюдалось, какие объяснения рассматриваются и какие данные нужны дальше. Такая дисциплина не требует полной нейтральности к последствиям действий. Можно пресечь нарушение правила, не ставя диагноз и не делая необоснованного вывода о всех качествах человека. Решение о текущей ситуации и обобщённая атрибуция имеют разные требования к сведениям. Чем серьёзнее последствия ярлыка для будущих возможностей участника, тем важнее проверить, не принят ли эффект назначенной роли за устойчивое свойство самого человека.

Открываем учебную модель…